Латынина Юлия Леонидовна
(неофициальный сайт писателя)
Вейская империя

216

ни просечки, ни чеканки, ни росписи, ни эмали, -- мутноватый белый металл.

    -- Великий Вей, -- сказал экзарх, -- какому же богу поклоняются эти люди, если он запрещает им разрисовывать утварь для полетов?

    Араван Баршарг почтительно возразил:

    -- Поспешные решения часто несправедливы.

    Харсома  взглянул  на  аравана,  на  рыжеватые    кудри    и    хищный    нос алома-полукровки.  "Мерзавцы,  -- подумал он, -- мерзавцы. Что они сделали с ойкуменой. Страну разорили, книги сожгли. Добро бы просто  завоевали:  а  то народ упорядочили, как войско, и грабеж возвели в хозяйственный закон..."

    -- Это боги несправедливы, -- хрипло сказал Харсома. -- Почему у звезд -- они, а не мы? Почему мы даже море потеряли?

    Араван  ничего  не  ответил, только глядел в зеленоватый омут экрана, где расплывалось отражение экзарха. "Раб, сын рабов, -- подумал он, -- наследник трона Амаридов... и я пресмыкаюсь перед  ним.  В  Горном  Варнарайне  каждый сеньор  равен  королю.  Две  тысячи  лет  рабства.  Иршахчан  в каждой душе. Побежденные, развратившие победителей".

    Он осторожно положил перед экзархом две глянцевые картинки: вид города  с птичьего полета, каждый город больше столицы.

    --  Обратите  внимание,  ваша светлость, -- сказал он. -- Здесь солнце -- желтое, а здесь -- зеленое. Тут растения вроде пальм, тут  --  сугробы...  а здания  такие  же.  Управа  наместника в Анхеле похожа как две капли воды на управу наместника в Лише, но Нижний Город в Анхеле не похож на Нижний  Город в  Лише. Какой силой должно обладать государство, чтобы под разными звездами одинаково застроить даже Нижние Города!

    Экзарх рассеянно отдал картинку,  Баршарг  еще  раз  поглядел  на  нее  и швырнул  на  матовый пол; та порхнула, ремесленник Хандуш с полу на карачках бросился подбирать, залюбовался: Дома на полдороге  к  небу,  самодвижущиеся черепахи,  а столбы-то, столбы! Небось не через каждый иршахчанов шаг, через каждый человеческий, и глаза на  столбах  светятся,  и  предписания!  Как  в сказке! Окно в окно, стреха в стреху!

    Лия  Тысяча  Крючков  проворно  шарил  за  пазухой у матовых приборов. Он привык чувствовать себя как дома в самых необычных местах.  Охранник-варвар, опираясь  на  меч,  настороженно  следил,  как умелые руки вора выуживают из цельной стены ящик, а в ящике -- непонятное.  В  корабле  было  ужасно  мало движимого  имущества,  но  горка  непонятного  росла  и  росла,  и  храмовый ремесленник Хандуш увлеченно в ней копался. "Дурак! -- подумал Лия. -- Он бы лучше к разговору начальства прислушался! Он бы, может, хоть сообразил,  что варвар-военачальник    говорит    на    отменном  вейском  и  заискивает  перед чиновником в потертом кафтане, а чиновник держит себя не по званию!"

    Плохо, когда рядом маленький чиновник,  еще  хуже,  когда  рядом  большой чиновник,  но  когда рядом большой чиновник, одетый маленьким, -- тогда хуже некуда... Бежать, бежать!

    Охранник громко зевнул в кулак. Рука умелого вора скользнула  над  кучкой серебристых  цацек,  рукав  на  мгновение  закрыл  ее  от  скучающего  взора стражника. Лия рассуждал по аналогии: раз есть  чудесные  коробочки,  должны быть  и  чудесные  дубинки.  Лия  взмолился  про  себя  богу Варайорту, богу торговцев и воров, который в свое время наградил его хорошим даром угадывать сокровенную суть предмета: из мира духов или людей -- все равно.

    Ремесленник Хандуш, скрючившись на полу, аккуратно, с толком расковыривал черную коробочку. Коробочка умела говорить, а когда он разобрал ее на части, умолкла. Хандуш собрал их по замеченному -- коробочка снова залопотала.

    -- Ну что, эта магия позабористей шакуниковой?

    Ремесленник  обернулся  к  пестро  разодетому  варварскому  командиру

 

Фотогалерея

Latynina Julija Leonidovna 32
Latynina Julija Leonidovna 31
Latynina Julija Leonidovna 30
Latynina Julija Leonidovna 29
Latynina Julija Leonidovna 28

Статьи




Читать также


Повести
Сазан
Ахтарский металлургический комбинат
Кавказский цикл
Поиск по книгам:


Голосование
Как Вы относитесь к литературному творчеству и общественной деятельности Латыниной?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту