случае они носили в волосах
серебряную рыбку, знак своей профессии. Шаваш понял, что это та самая жена
Андарза, ради которой он отослал из столицы всех остальных, и что Андарз,
верно, потешил ее рассказом о мальчишке. Шаваш уцепился за пышную юбку. А
женщина шаловливо повертела его в руках, полезла ему за пазуху и спросила:
- А где твой хомячок? - спросила она.
- Сейчас принесу, - сказал Шаваш.
- Постой, - вскрикнула женщина, - но Шаваш был уже далеко.
Он мчался со всех ног по золотой дорожке, в глубину сада, к дому,
туда, куда ушел вчерашний парень. У красного флигеля Шаваш остановился, и
осторожно шагнул за угол, туда, куда пять минут назад скрылся желанный
привратник.
Шаваш сделал шаг, другой и третий... Рядом с дорожкой тянулся
мраморный бассейн. В бассейне жил государев подарок - тюлени. Четыре для
назад господин Андарз заметил, что дно в бассейне зеленовато, и ему стало
неприятно, что кто-то может сказать, будто он не ценит государев подарок.
На следующий день тюленей перевели в зимний домик, а воду из бассейна
выкачали и начали ставить новое дно, из пестрой яшмы.
Шаваш заглянул в бассейн: полдневной солнце стояло в самом зените, на
далеком дне были навалены друг на друга яшмовые квадраты и треугольники.
Рабочих не было. Около маленьких квадратов, далеко внизу, залитый солнцем
и кровью, лежал давешний привратник.
Шаваш раскрыл рот и принялся вопить.
Прошел час: Шаваш, свесив в голову, стоял в кабинете господина
Андарза, напротив него сидели Андарз и Нан, а позади стоял очень сердитый
эконом Дия.
Андарз сказал:
- Несчастья, одно за другим, так и валятся на мой дом! Сначала убили
друга, а теперь какой-то простолюдин осквернил своей кровью императорский
прудик для тюленей! Придется выкапывать новый пруд!
Нан молчал. Андарз всплеснул рукавами и продолжал:
- Кто вообще пустил этого простолюдина в мой сад? Разве неясно, что
этот дурак потерял голову от красоты? Небось, вертел головой по сторонам,
и не заметил, что в прудике нет воды! А заметив, дернулся от испуга и
полетел вниз! Это всегда так с простолюдинами: едва попав в жилище
великого сановника, они глазеют на красоту вокруг и не замечают пропасти
под ногами!
Нан молчал, облокотившись на руку, и задумчиво потирал подбородок.
Этот подбородок ужасно не нравился Шавашу. У людей с такими ласковыми
глазами не должно было быть таких твердых подбородков.
А эконом взял Шаваша за ухо и сказал:
- Ты чего поднял крик? В следующий раз, когда увидишь непорядок в
хозяйстве, пойди к старшему человеку, и тихо доложи, чтобы дело можно было
замять! А то кричит, как петух на рассвете!
Императорский наставник брезгливо усмехнулся и сказал:
- Бесполезный разговор, господин Дия. Эти люди запоминают задницей, а
не головой. Идите и напишите приказ, чтобы ему выдали двадцать палок: вот
тогда он запомнит.
Эконом ушел писать приказ, а Шаваш, которого разговор о двадцати
палках привел в страшное беспокойство, завертел головой.
- Так что ты делал в саду? - спросил Нан, когда они остались одни.
- Я, - сказал Шаваш, - побежал смотреть за этим человеком.
- Ты его знаешь?
- Это привратник из "Красной тыквы".
- Да он всю дрянь в городе знает! - воскликнул Андарз.
- Я его увидел только вчера, - сообщил Шаваш. - Вы велели мне
выяснить, в какой харчевне Дануш Моховик собирался поговорить с убитым
Ахсаем, и я выяснил, что это была "Красная тыква".
Нан и Андарз изумленно переглянулись, и Нан с неожиданной ловкостью
подскочил к двери и распахнул ее: не подслушивает ли кто? Но за дверью
никого не было.
