Латынина Юлия Леонидовна
(неофициальный сайт писателя)
Вейская империя

163

калибр кулаков. На тренировочном спарринге от сильного партнера можно было пропустить больше гостинцев.

        Брелер улегся, стараясь не поворачиваться набок. Но ему не удалось пролежать долго. Снова лязгнула дверь камеры, на пороге появился вертухай:

        — Брелер? С вещами в тридцать восьмую! Лицо Брелера ничего не выражало.

        Дверь тридцать восьмой камеры захлопнулась за Юрием Брелером, и он остался стоять на пороге, вглядываясь в полутьму равнодушными и цепкими глазами. Камера была явно перенаселена; на шконках спали, видно, в две, а то и в три смены, повсюду, как гирлянды на детском празднике, были натянуты веревки, с которых свисали сохнущие майки и тренировочные штаны. Несмотря на ощутимый холод, в нос Брелеру шибанул запах пота от пятидесяти скученных на небольшом пятачке тел. Брелер остраненно подумал, что кто то из этих ребят вполне может оказаться его крестниками. В годы работы в милиции у Брелера была хорошая раскрываемость: он брезговал вешать с помощью пыток чужие преступления на непричастных к ним пьяниц, но тех, в чьей виновности был убежден, колол беспощадно. Впрочем, есть в камере или нет его знакомые, — это не имеет значения. Минимум через час «малява» оповестит смотрящего, кто заехал на его хату.

        Юра Брелер мог считать себя мертвецом. Слишком многие хотели его смерти. Коваль, в интересах банка «Ивеко», потому что показания мертвого Брелера легче опровергнуть, чем показания Брелера живого — это раз. Ирокез, сунженский авторитет, прозванный так за первобытную, индейскую жестокость, — именно его ментовские завязки развязал Брелер два месяца назад.

        И хотя власть восприняла эту историю исключительно в том смысле, что вот де замазали ментовское начальство, Брелер знал, что у самого Ирокеза тоже были крупные неприятности, потому что братва обернула историю ровно наоборот: получалось, это Ирокез ссучился и по заказу дружественных ментов пришил мешавшего им авторитета. Ирокез — это два. Было еще и три, и четыре — эти были настроены не так непримиримо, как Ирокез. Их устроило бы, возможно, если бы Юрку Брелера просто опустили, и он ушел бы в зону отбывать пятилетний срок — или сколько там ему дадут за соучастие в хищении миллиарда долларов — пробитым петухом. Но вот самого Брелера этот вариант категорически не устраивал. Он давно обдумал его и решил, что в этом случае — и сам умрет, и с собой возьмет, сколько можно.

        В принципе Брелер был совсем не то же самое, что бывший мент, в уголовном мире Сунжи он пользовался определенным весом, стрелки ему забивали, как своему. Но Ирокез и Коваль — это слишком много для одного человека, которого ненавидят и ментовка, и областная администрация.

        Дело было в четверг — Брелер точно знал, что не доживет до воскресенья. Конечно, он мог бы в коридоре устроить истерику, кричать, чтобы его перевели в одиночку, — но какой смысл? Брелер был твердо уверен, что Черяга и Калягин просто сдали его. Они добыли из него все показания, какие надо, и разменялись им с администрацией. А губернатору Дубнову жутко хочется услышать на каком нибудь благотворительном приеме от наклонившегося к нему генерала:

        «А Юрка— то Брелер, помните? Под шконку загнали… Машенькой сделали…» Брелеру просто не пришло в голову, что происходящее с ним следствие глупости отдельно взятого полковника, вернувшегося из отпуска на два дня раньше срока.

        Юрий молча стоял у порога с узелком вещей, не шевелясь и не здороваясь по блатным обычаям. Сначала на него не обратили внимания; потом с одной из нижних шконок у окна спрыгнул жилистый, как обезьяна, парень.

        — Что, парень, первоход? — спросил он. — Как звать то?

        — Юрий Брелер.

        — Чем на воле занимался?

        — Поди у смотрящего спроси, — ответил

 

Фотогалерея

Latynina Julija Leonidovna 32
Latynina Julija Leonidovna 31
Latynina Julija Leonidovna 30
Latynina Julija Leonidovna 29
Latynina Julija Leonidovna 28

Статьи




Читать также


Повести
Сазан
Ахтарский металлургический комбинат
Кавказский цикл
Поиск по книгам:


Голосование
Как Вы относитесь к литературному творчеству и общественной деятельности Латыниной?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту