Латынина Юлия Леонидовна
(неофициальный сайт писателя)
Вейская империя

46

за начинающегося дождя. Потом баба Настя вернулась домой, а Извольский с Ириной, наоборот, вышли в сад, и гендиректор побрел по доскам, проложенным между раскисших грядок, пачкая начищенные ботинки и отвороты безукоризненно скроенных брюк. Он совсем забыл, что где то рядом Москва, — ненавистный, страшный ему город, где не было ни одного чиновника, который не продавался, но где купить всех из за их многочисленности было нельзя. И что час назад он, быть может, сам подписал смертный приговор глупому проворовавшемуся Коле Заславскому.

        У Ирины было немного детское лицо, может быть, чуть узковатое, с пухлыми бледными губами и твердым подбородком. По нынешним меркам в нем удивительно не хватало той сексапильности, которая обычно привлекала Извольского. Если бы смольнянку с портрета Рокотова нарядить в джинсы и старенькую курточку, она бы как раз оказалась похожа на Ирину, и это была вряд ли случайная аналогия. Молодая преподавательница казалась еще моложе от свойственного интеллигентам невнимания к жизни и искреннего безразличия к проистекающему оттого безденежью.

        Только одно до странности противоречило личику смольнянки — внимательные серые глаза. Извольский не привык видеть таких внимательных женских глаз, разве что у бухгалтеров. На Извольского глаза почти не смотрели. Время от времени Ирина вскидывала их, встречалась с откровенным и очень оценивающим взглядом директора, и тут же утыкалась носом в землю. Это было непохоже на привычное для Извольского поведение шлюхи и оттого странно возбуждало директора.

        Где— то между забором и грядкой Извольский повернул Ирину к себе и начал ее целовать довольно грубо, напористо, ощущая цепкими пальцами серый влажный свитер, а под свитером — гладкую молодую кожу. Ирина сначала отвечала ему, а потом, когда он полез под свитер, уперлась кулачком в грудь, и когда Извольский выпустил ее, закричала:

        — Прекратите!

        Извольский растерянно отступил на шаг. Ирина стояла перед ним, нахохлившаяся, как воробушек, в глазах ее сверкнули злые слезы, она сжала кулачки и закричала:

        — Как вы можете, вы так со всеми, да? Вы просто пользуетесь моей беспомощностью! Вы знаете, что я никогда не смогу заплатить за эту вашу машину! Вы знаете, что я слова не скажу, что я дрожать буду!

        Извольский стоял, как оплеванный. По правде говоря, именно что то в этом роде он и думал, и теперь он видел себя со стороны — большой толстый хам на раскисшей грядке, человек, который забыл, как звучит слово «нет», и за которым побежит любая ахтарская блядь, и московская, и даже американская блядь — а вот чтобы наткнуться на ту, которая не блядь, надо было разбить тачку, потому что неблядей вокруг давно не попадалось.

        Ира еще что то прокричала, жалобно, как сойка, Извольский повесил голову и вдруг сказал:

        — Извините.

        Прошел по доскам до калитки, сел в «СААБ» и уехал.

        На обратном пути он заблудился в дачных закоулках, выскочил почему то в конце концов не на Калужское, а на Киевское шоссе, и приехал в офис в два часа дня, рассерженный и в мокрых ботинках. Неклясову за результаты встречи достался изрядный и не совсем заслуженный втык: не мог же, в самом деле, Димочка Неклясов добиться от оголодавшего правительства уверений в отмене экспортных пошлин?

        В гостиницу «Лада» Черяга едва успел. Воображение уже рисовало ему перспективы разбирательства с ГАИ по поводу кучи побитых машин, и с души его свалился солидный камень, когда он увидел, что очередной автозабег директора кончился довольно мирно. Встреча с Ковалем просто вылетела из его головы, что было, конечно, крайне невежливо и чревато осложнениями.

        Тем не менее было всего пять минут первого, когда Черяга вошел в вестибюль «Лады» — одной из

 

Фотогалерея

Latynina Julija Leonidovna 32
Latynina Julija Leonidovna 31
Latynina Julija Leonidovna 30
Latynina Julija Leonidovna 29
Latynina Julija Leonidovna 28

Статьи




Читать также


Повести
Сазан
Ахтарский металлургический комбинат
Кавказский цикл
Поиск по книгам:


Голосование
Как Вы относитесь к литературному творчеству и общественной деятельности Латыниной?

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту